Репрессии

«ФСБ не умеет читать стихи». Первое интервью поэта Гликерия Улунова и его защитницы Дарьи Иванс после освобождения

Константин Шавловский

1 июля

1 9 0

«Схорониться, занимаясь античностью, сегодня уже невозможно». Бывший заместитель директора Института философии РАН — о деле философов

Егор Сеньчин

15 июня

2 13 2

«Путин в этом не виноват»: отец бельгийца Михаила Лощинина, приговоренного к 16 годам за перевод денег в Украину, считает дело сына перегибом на местах

Михаил Мореходцев

9 июня

5 10 1

Бунт по приказу. 60 лет назад в Китае началась «культурная революция», жертвами которой стали несколько миллионов человек

Дмитрий Гончаров

1 июня

0 12 0

Наши политзэки VS их коллаборационисты. Минимальные санитарные меры Шуры Буртина

Яна Заречная

20 мая

4 19 3

«Ухудшение положения в экономике должно сопровождаться ужесточением репрессий»: Аббас Галлямов* — о развитии ситуации в России

Егор Сеньчин

27 апреля

1 8 1

«Рад, что есть россияне, которым нравится моя работа». Немецкий скульптор Жак Тилли о своем заочном приговоре в России

Михаил Мореходцев

21 апреля

0 6 0

«Они опасаются антивоенной повестки»: Станислав Андрейчук — о том, как в Кремле готовятся к думским выборам

Михаил Мореходцев

13 апреля

0 1 0

Я написала письмо незнакомой политзаключенной. И вот мы подруги уже 2,5 года

Елена Скворцова

4 апреля

1 2 1

«Россия переходит к массовым политическим репрессиям» — большое интервью объявленного в розыск Льва Пономарёва*

Михаил Мореходцев

25 марта

2 17 1

«Они главные враги призывников в этой войне». Юрист Артем Клыга* — о Картаполове, произволе военкоматов и исчезающих лазейках

Михаил Мореходцев

18 марта

0 5 1

«Это служба безопасности президента, даже ФСБ не решилась бы оставить всю Москву без интернета». Вячеслав Ширяев* о причинах и последствиях дисконнекта российской столицы

Михаил Мореходцев

16 марта

5 13 5

«Нужно сохранять толику оптимизма, но готовиться к худшему». Владимир Осечкин* — о логике развития репрессий в России

Егор Сеньчин

12 марта

1 8 1

«Беларусь оккупирована Белоруссией»: что стало с «братской» республикой после того, как Путин спас Лукашенко

Михаил Мореходцев

19 февраля

1 3 3

Тормози телегу: есть ли жизнь после Telegram

Яна Заречная

17 февраля

2 6 0

Как бежали из СССР. История Симаса Кудирки, из-за которой пришел в ярость президент Никсон

Дмитрий Косинов

12 февраля

1 13 1

«Идет настоящая технологическая война». Почему отключение России от интернета — это стрельба себе в ногу? Объясняет Михаил Климарев*

Егор Сеньчин

11 февраля

1 9 2

«Путин будет наращивать количество политзаключенных — это его обменная валюта». Марк Фейгин* о том, зачем россиянам ПАСЕ, а Ассамблее — россияне

Михаил Мореходцев

29 января

4 5 6

Такого в Иране не было никогда: тотальное отключение связи, горящие города, сотни трупов, ожидание ударов извне

Михаил Мореходцев

12 января

3 11 0

Социализм с оцифрованным лицом. ИИ поможет Си Цзиньпину переплюнуть по части управления массами и Мао, и Оруэлла

Дмитрий Гончаров

10 декабря 2025

3 9 2

«Власть поставила полицию против человека». Экс-полицейский, осужденный за «фейки об армии», о роли силовиков в возможных протестах

Егор Сеньчин

10 ноября 2025

1 8 1

«Бери нас крепче, государь». Какие сигналы посылают регионы Москве через памятники Ивану Грозному

Михаил Шевчук

10 ноября 2025

1 9 0

«Простите нас, дети»: поклонники певицы Наоко об одном из последних концертов группы «Стоптайм» в центре Петербурга

Михаил Мореходцев

3 ноября 2025

0 9 0

Герои суда и магия. Процессы над политзаключенными глазами художницы и журналистки

Антонина Уключина

30 октября 2025

3 12 0

«Тема закрыта для дальнейшего изучения».
Исследователь сталинских репрессий о новых препятствиях в работе

Егор Сеньчин

30 октября 2025

0 7 1

Философ и обезьянка прячутся. Дмитрий Безуглов о шкафе, в котором мы сидим, и фонаре, который в нас светит

Дмитрий Безуглов

29 октября 2025

0 10 0

Судимы будете! Кампания против судей идет по всей стране, она совпала с назначением нового главы ВС Краснова

Михаил Шевчук

29 сентября 2025

9 14 0

Комиссар проявляется. Константин Пахалюк* — о культуре отмены по-путински

Константин Пахалюк (Минюст считает «иноагентом»)

16 сентября 2025

3 10 0

«Это напоминание скорее о методах, чем о персоналиях»: предполагаемый агент ФСБ из расследования о провокаторах-педофилах остается на свободе и угрожает авторам

Михаил Мореходцев

10 сентября 2025

0 5 0

Скелеты в пылающих шкафах. Константин Пахалюк* о том, как власть уничтожает места памяти и переписывает историю

Константин Пахалюк (Минюст считает «иноагентом»)

9 сентября 2025

0 9 0

«ФСБ не умеет читать стихи». Первое интервью поэта Гликерия Улунова и его защитницы Дарьи Иванс после освобождения

«Схорониться, занимаясь античностью, сегодня уже невозможно». Бывший заместитель директора Института философии РАН — о деле философов

«Путин в этом не виноват»: отец бельгийца Михаила Лощинина, приговоренного к 16 годам за перевод денег в Украину, считает дело сына перегибом на местах

Бунт по приказу. 60 лет назад в Китае началась «культурная революция», жертвами которой стали несколько миллионов человек

Наши политзэки VS их коллаборационисты. Минимальные санитарные меры Шуры Буртина

«Ухудшение положения в экономике должно сопровождаться ужесточением репрессий»: Аббас Галлямов* — о развитии ситуации в России

«Рад, что есть россияне, которым нравится моя работа». Немецкий скульптор Жак Тилли о своем заочном приговоре в России

«Они опасаются антивоенной повестки»: Станислав Андрейчук — о том, как в Кремле готовятся к думским выборам

Я написала письмо незнакомой политзаключенной. И вот мы подруги уже 2,5 года

«Россия переходит к массовым политическим репрессиям» — большое интервью объявленного в розыск Льва Пономарёва*

«Они главные враги призывников в этой войне». Юрист Артем Клыга* — о Картаполове, произволе военкоматов и исчезающих лазейках

«Нужно сохранять толику оптимизма, но готовиться к худшему». Владимир Осечкин* — о логике развития репрессий в России

«Беларусь оккупирована Белоруссией»: что стало с «братской» республикой после того, как Путин спас Лукашенко

Тормози телегу: есть ли жизнь после Telegram

Как бежали из СССР. История Симаса Кудирки, из-за которой пришел в ярость президент Никсон

«Идет настоящая технологическая война». Почему отключение России от интернета — это стрельба себе в ногу? Объясняет Михаил Климарев*

«Путин будет наращивать количество политзаключенных — это его обменная валюта». Марк Фейгин* о том, зачем россиянам ПАСЕ, а Ассамблее — россияне

Такого в Иране не было никогда: тотальное отключение связи, горящие города, сотни трупов, ожидание ударов извне

Социализм с оцифрованным лицом. ИИ поможет Си Цзиньпину переплюнуть по части управления массами и Мао, и Оруэлла

«Власть поставила полицию против человека». Экс-полицейский, осужденный за «фейки об армии», о роли силовиков в возможных протестах

«Бери нас крепче, государь». Какие сигналы посылают регионы Москве через памятники Ивану Грозному

«Простите нас, дети»: поклонники певицы Наоко об одном из последних концертов группы «Стоптайм» в центре Петербурга

Герои суда и магия. Процессы над политзаключенными глазами художницы и журналистки

«Тема закрыта для дальнейшего изучения». Исследователь сталинских репрессий о новых препятствиях в работе

Философ и обезьянка прячутся. Дмитрий Безуглов о шкафе, в котором мы сидим, и фонаре, который в нас светит

Судимы будете! Кампания против судей идет по всей стране, она совпала с назначением нового главы ВС Краснова

Комиссар проявляется. Константин Пахалюк* — о культуре отмены по-путински

«Это напоминание скорее о методах, чем о персоналиях»: предполагаемый агент ФСБ из расследования о провокаторах-педофилах остается на свободе и угрожает авторам

Скелеты в пылающих шкафах. Константин Пахалюк* о том, как власть уничтожает места памяти и переписывает историю

«Тема закрыта для дальнейшего изучения».
Исследователь сталинских репрессий о новых препятствиях в работе