Архитектура компромисса и памятник адаптации. Максим Трудолюбов* о российской культуре как пространстве морального выживания
1 10 0
«Всех здесь надо арестовать и обменять на украинских военнопленных». Интервью с уличным художником Philippenzo
4 11 7
Бойкотский клуб. Николай Овчинников — о том, почему культурные отмены не работают
4 10 1
Инакомыслие и война. Константин Шавловский — о хождении по трупам и моральном банкротстве российской оппозиции в изгнании
63 40 5
Гнусные духовные уроды. Сергей Невский — о ситуации вокруг российского павильона в Венеции
4 26 2
Говорить, не разрушая. Максим Трудолюбов* — о хрупкости языка в эпоху разоблачений
2 6 1
Философ и обезьянка прячутся. Дмитрий Безуглов о шкафе, в котором мы сидим, и фонаре, который в нас светит
0 10 0
Под одеждой протеста. Максим Трудолюбов* о замедленном искусстве
0 13 0
Есть ли жизнь после денег? Как миллиардеров потянуло на экзотические дела
3 12 1
Все течет, но не туда. Почему в Третьяковке закрывают Отдел новейших течений и что будет вместо него
4 16 0
Музей-суперстар. Центр Помпиду закрывают на целых пять лет. Как он стал одним из парижских «мест силы»?
1 11 0
Смотрите, как топорщится пиджак. Цензура в России дотянулась до ярмарок современного искусства
5 17 0
