Угрожает ли Путину новый мятеж? Если да, откуда он может взяться? Как элиты реагируют на удары дронами по российским городам и проблемы в экономике? А как реагирует общество? Обо всем этом специально для мятежного выпуска Republic-Weekly Егор Сеньчин поговорил с политологом и адвокатом Борисом Пастуховым.
— Мятеж Пригожина еще в 2023 году показал, что путинский режим уязвим. Сегодня, когда дела в экономике и на фронте стали хуже, есть ли потенциал для новых подобных событий?
— Мне все же представляется, что главный вывод из пригожинского мятежа в том, что не надо путать высокую — или даже очень высокую — инертную лояльность российской народной массы к своей власти и поддержку Путина лично. Много и часто говорится о том, что в России персоналистский авторитарный режим и культ вождя, но я не готов в полной мере с этим согласиться.
В России удалось создать — или вновь пробудить — ту комбинацию страха, безразличия и безысходности, когда население адаптируется к необходимости слушаться власть в целях выживания. Пока эта власть — Путин, слушаются Путина. Но если власть берет «Дядя Женя» с группой головорезов, даже локально, то население готово быть лояльным и этой власти. По крайней мере до тех пор, пока власть прежняя не вернет позиций.
Прошедшие три года подтверждают эту логику: власть так и не смогла разогнать военную экономику и идеологию на голом энтузиазме и вынуждена удерживать население в колее, создавая видимость нормальной жизни в столицах, нагоняя страх и раздавая деньги рекрутам в регионах. Это не ужасная ситуация — но куда менее стабильная, чем хотелось бы самой власти.
Владимир Путин и Евгений Пригожин
В то же время атаки дронов на российские города, в том числе Москву, показали, что не стоит переоценивать испуг обывателя. Да, какая-то часть населения, наверное, впечатлена и испугана. Но для другой все это — мотивация «отомстить хохлам» и терпеть, сжав зубы. Так, по сообщениям многих аналитиков, вторжение ВСУ в Курскую область в 2024 году спровоцировало прирост желающих подписать контракт. Так что удары вглубь России могут работать и в эту сторону тоже. В первую очередь среди населения, в меньшей степени — элиты.
— Кто сейчас главный враг и опасность для режима?
— У режима, полностью отстранившего народ от политической активности, есть два союзника. Но, вопреки мнению многих ультрапатриотов, это не армия и флот. Это хлеб и зрелища. Соответственно, главные враги режима — те, кто портят зрелище и отнимают хлеб. Кремль прав: его главный враг — ВСУ.
Тем не менее я полагаю, что Путин рассуждает так: неудачи армии России компенсируются ее способностью эти неудачи пережидать. Он убежден, что победа в войне неминуема, и я не вижу, что в обозримом будущем что-то способно его разубедить.