Гроб Хаменеи проносят через мавзолеи имама Хусейна и его брата Аббаса в иракской Кербеле
Photo by STRINGER / ANADOLU / ANADOLU VIA AFP
По улицам гробы водили. Хаменеи и его родственников хоронили шесть дней, в пяти городах и двух странах. Ни один баян не пострадал, но осталось много вопросов. Единственный, кто так и не пришел, — его же сын, новый верховный лидер. Но кто на самом деле правит Ираном, что с Моджтабой, встречался ли Ахмадинежад с Моссадом и на кого Тегеран больше обижен — на Бейрут или Анкару? Все это пытаемся понять по косвенным признакам. Роман Перл* — о том, как советская наука чтения похорон переживает в Иране второе рождение.
В четверг в Мешхеде похоронили безвременно ушедшего 86-летнего Али Хаменеи — за закрытыми дверями: финал самых долгих государственных похорон в истории Исламской республики зрителям так и не показали. Зрители, впрочем, привыкли. Своего главного они не увидели не то что за шесть дней церемоний — они не видели его вообще ни разу с самого восшествия на престол.
На сцене тегеранской «Мосаллы», где прощание со старым рахбаром шло круглосуточно, стояли стол, микрофон и пустой стул: организаторы объяснили, что так чтят память о долгих речах покойного. Но в каком-то смысле этот реквизит заменял и нового правителя — больше было просто нечему. Ионеско за «Стулья» полвека считали абсурдистом, но, кажется, поторопились, надо было просто дождаться страны, которая неделю присягает мебели в порядке государственного протокола.