Вашингтон и Тегеран договорились прекратить огонь на всех фронтах. Документ, по словам Дональда Трампа, уже подписали в «электронном виде». Соглашение предусматривает немедленное открытие Ормузского пролива и отмену морской блокады Ирана. В Израиле эти новости вызвали серьезную обеспокоенность и разочарование в главном партнере. Неужели Израиль проигрывает войну из-за «сделки Трампа»? Как соглашение США и Ирана повлияет на внешнюю и внутреннюю политику Биньямина Нетаньяху? Об этом в интервью Republic-Weekly рассказал израильский политолог и бывший дипломат Михаил Пелливерт.

— Многие в Израиле считают, что Трамп подставил их страну своим соглашением с Ираном. Что вы думаете по этому поводу?

— Заявление Трампа вызвало редкий консенсус среди израильтян. И коалиция, и оппозиция сходятся во мнении, что это чудовищный, несправедливый договор, который абсолютно не учитывает интересы Израиля. Главная претензия заключается в том, что эта сделка хуже соглашения, заключенного в свое время при президентстве Обамы. Она не решает ни одну из задач, которые Израиль ставил год назад, в начале первой 12-дневной войны.

Во-первых, непонятно, разрешат ли Ирану обогащать уран. Из текста предварительного соглашения следует, что да. Во-вторых, Тегеран не отказывается от поддержки своих прокси-сил на Ближнем Востоке и в мире. В-третьих, нет никакого упоминания об ограничениях на баллистическую программу. В-четвертых, Иран принципиально не отступил ни от одного из своих требований — например, о свободном использовании Ормузского пролива. В-пятых, мы видим, что действия Израиля в Ливане, по-видимому, ограничиваются и увязываются с отношениями между Ираном и США. И так далее.

Создается ощущение, что в этом документе израильские интересы не учтены вовсе.

Соответственно, после полутора лет плотного сотрудничества, когда казалось, что США и Израиль действуют в унисон, в обществе возникло разочарование. Видимо, интересы Америки в понимании Трампа абсолютно не соответствуют израильским. Пока непонятно, во что выльется это разочарование, но сегодня подавляющее большинство граждан и политиков — как из оппозиции, так и из коалиции — испытывают именно эти чувства.

Сложность еще и в том, что раньше израильский премьер-министр мог играть на противоречиях между Демократической и Республиканской партиями. В отношениях с Клинтоном, Обамой или Байденом Нетаньяху всегда мог опереться на поддержку конгрессменов-республиканцев. В данном же случае, если его отношения с Трампом сильно испортятся, опереться на демократов он не сможет.

Дональд Трамп и Биньямин Нетаньяху

Photo by JIM WATSON / AFP

Да и если вынести израильские интересы за скобки, нынешний договор между Вашингтоном и Тегераном нельзя назвать ни капитуляцией Ирана, ни достижением Америкой всех ее целей. Кажется, США добились лишь того, что иранцы готовы открыть Ормузский пролив, который до начала войны и так был открыт. Поэтому пока не совсем понятно, в чем именно заключается успех.

Также абсолютно неясно, как именно будут претворены в жизнь другие пункты. Например, что иранцы имеют в виду, когда говорят об обязательстве США вывести свои силы с Ближнего Востока? Или когда заявляют о компенсационном фонде в 300 миллиардов долларов на восстановление Ирана, о выплате миллиардов замороженных денег и о том, что США будут уважать стратегические интересы Тегерана?

Судя по всему, Вашингтон согласен на то, чтобы Иран продолжал низкопроцентное обогащение урана на своей территории.

Хотя ранее предполагалось, что в рамках договора Тегеран полностью откажется от этой деятельности. Во всяком случае, США этого добивались, но этого не произошло.

— Получается, что иранский режим устоял?

— Америка перестала говорить и о какой-либо смене режима. Но кроме Израиля есть миллионы иранских оппозиционеров внутри страны и по всему миру, которые сейчас чувствуют себя преданными Соединенными Штатами.