В издательстве Vidim Books вышла книга Алексея Уминского и Ксении Лученко «Церковный автостоп». В книге рассказана от первого лица биография одного из самых известных священников постсоветской России — от детства в Перово в 1960-е и хипповской юности до эмиграции. В книге также опубликованы стенограммы бесед Ксении Лученко с отцом Алексеем Уминским, которые они вели в эфире YouTube-канала The Breakfast Show. С разрешения издательства публикуем одну из них.
Ксения Лученко. Этот разговор был начат Юлией Галяминой и Кириллом Мартыновым во время дебатов, и тогда возникла очень яростная дискуссия. Стало ясно, что это будет важным нервом общественной жизни в ближайшие, может быть, годы. Речь идет о том, что появилось много людей, которые возвращаются с так называемой «спецоперации», — и их появится еще больше. Участники войны составляют заметную часть общества. И здесь есть два полюса: партия сочувствующих и партия тех, кто считает, что сочувствовать тем, кто этого сочувствия не просил, — популистский ход. Я принадлежу ко второй партии. Недавно на Re: Russia Кирилл Рогов опубликовал обобщение, где хорошо сформулировал, между чем и чем мы выбираем. Здесь три основные точки зрения. Во-первых, что государство навязывает восприятие участников войны как героев, как реинкарнацию ветеранов Великой Отечественной войны. Во-вторых, что они — жертвы, люди, которые не по своей воле там оказались, виновата только власть, а каждый конкретный воюющий — это человек, с которым случилось ужасное и поэтому его надо пожалеть. И в-третьих, это взгляд на них как на людей, которые сами выбрали этот путь, которые за деньги, чтобы решить какие-то свои вопросы (например, выплатить кредит или выйти из тюрьмы), добровольно пошли убивать, и момент подписания контракта — это сделка с дьяволом. А вы следили за этой дискуссией?
Алексей Уминский. Она очень длинная и обширная, я не углублялся во все детали, но основной посыл мне понятен, и ты его корректно сформулировала.