В октябре 1553 года в Женеве заживо сожгли испанского врача и теолога Мигеля Сервета, отрицавшего догмат о Троице. Его гибель традиционно считают главным преступлением лидера Реформации Жана Кальвина, а саму Женеву той эпохи — жестокой протестантской диктатурой, где инакомыслие каралось смертью. По просьбе Republic-Weekly Василий Легейдо рассказывает, как была устроена «единственная христианская теократия Европы».
«Иисус, сын вечного Господа, смилостивься надо мной», — успел сказать Мигель Сервет, испанский врач, естествоиспытатель и теолог, за мгновение до того, как его поглотило пламя костра. Больше «еретические» речи Сервета никому не грозили. Жители Женевы оказались в безопасности: не осталось никого, кто мог бы помешать им верить в правильного Бога. В Бога, о котором им рассказал Жан Кальвин.
Мигеля Сервета казнили 27 октября 1553 года, но его заочное противостояние с одним из главных идеологов протестантской Реформации началось почти за двадцать лет до этого. Все это время два религиозных мыслителя активно переписывались и спорили о природе христианства. Оба они отвергали католическую пышность и отрицали необходимость искать посредников между Богом и человеком в лице папы римского, епископов или других иерархов. Но почти обо всем остальном они дискутировали до хрипоты. Именно эти споры обеспечили Сервету статус одного из самых известных еретиков в истории западного христианства. Они же, по всей видимости, в конце концов и привели его на костер.