На концерте памяти первого мэра Санкт-Петербурга Анатолия Собчака.
Источник - Kremlin.ru, Фото: Михаил Синицын, ТАСС
2 июня 1996 года Анатолий Собчак, звезда перестроечной демократии, уступил кресло собственному заместителю — исход решили какие-то полтора процента. Для города это была демократическая смена власти, первая в новейшей истории, а для страны — развилка, которую тогда никто не разглядел. Среди проигравших той ночью был Владимир Путин — то ли глава собчаковского штаба, то ли проводник мэрской власти в городской бюрократии. Для него поражение обернулось переездом в Москву и личной травмой, которая переросла во всеобщую. Роман Перл* — о трагических последствиях уязвимости маленького человека.
Ровно 30 лет назад, в начале июня 1996 года, в Петербурге произошло событие, которое тогда казалось локальной неприятностью одного незадачливого профессора права, а в исторической ретроспективе обернулось чем-то вроде точки бифуркации для шестой части суши, да и не только для нее. Действующий мэр Анатолий Собчак — фаворит, любимец интеллигенции, человек, перед которым еще недавно заискивала вся городская элита — да что там городская! — шла речь о том, что он заменит Ельцина на посту президента. И он проиграл выборы губернатора своему собственному заместителю по фамилии Яковлев, максимально далекому от устоявшегося образа петербургского политика.
Анатолий Собчак, мэр Санкт-Петербурга и лидер российского движения за демократические реформы, во время пресс-конференции в Москве.
Photo by YURI GRIPAS / AFP
Яковлев набрал 47,5% голосов, Собчак — 45,8%. Разрыв, какой нередко бывает на выборах президента США, меньше двух процентов. На уровне статистической погрешности. Но в политике, как и во многих видах спорта, важнее не очки на табло, а первенство по пересечению финишной черты. И урок этот лучше прочих выучил глава штаба проигравшего, сорокатрехлетний отставной подполковник КГБ, о котором страна узнает через три с половиной года.