Фото из архива Дмитрия Мазоренко
Путин и Токаев подписали соглашение о строительстве первой АЭС в Казахстане: деньги на проект стоимостью $16,4 млрд даст Россия — в виде экспортного кредита, а вести стройку будет «Росатом». Эта сделка лишь усиливает инфраструктурную зависимость Казахстана от Москвы, которая и без того держит страну за горло: через российскую территорию идет основной экспорт казахстанской нефти. Журналист и сооснователь исследовательского центра Superstructure Дмитрий Мазоренко объясняет, почему Казахстан не может вырваться из российской орбиты и что происходит во внутренней политике страны.
— В Казахстане весной прошел референдум о поправках в конституцию. Речь идет фактически о новой конституции — поправки затрагивают аж 77 статей. Каковы предпосылки столь масштабных изменений?
— Вопрос о поправках был поставлен внезапно, но не случайно. Изначально речь шла о парламентской реформе, но из-за обилия нужных для реформы изменений вдруг заговорили о смене конституции. Это решение только кажется искусственным, в реальности для него есть серьезное основание.
Дело в том, что к нынешнему моменту Казахстан оказался в ситуации перекрестных кризисов: в первую очередь экономического и внутриполитического, не говоря уже о внешнеполитическом и даже экологическом. Модель, которую Казахстан выстроил с момента обретения независимости, становится все более проблематичной. Как и в случае с Россией, она предполагает разработку недр и экспорт добытых ресурсов за рубеж, что приносит стране чрезмерные поступления средств, но затем эти деньги уходят из страны, поскольку Казахстан мало что производит сам и потому вынужден многое импортировать. Конфликт на Ближнем Востоке подстегнул цены на казахстанскую нефть, но ее долгосрочные перспективы плохи: Европа постепенно отказывается от углеродного сырья.