В конце 2025 года проект Ad Rem выпустил доклад «Преследование вместо защиты», посвященный тому, как государственные институты в России используются против женщин, пострадавших от насилия. Большинство из представленных в нем случаев относится к мусульманским республикам Северного Кавказа — на исследовании положения женщин в этом регионе специализируется его авторка, социологиня Кулсам Магомадова. Специально для номера, посвященного исламу, редактор Republic-Weekly Константин Шавловский поговорил с ней о правах женщин в исламе, многоженстве, ранних браках, «убийствах чести», а также о том, как русско-чеченские войны изменили гендерные роли в Чечне.

— Ислам ограничивает права женщин?

— Это исламофобский миф. Я все-таки социологиня, а не богослов, но я сама выросла в Чечне. И надо четко разделять ислам от чеченских традиций, так называемых адатов. Сам по себе ислам — он, вообще-то, про равноправие между мужчинами и женщинами. Когда он появился, он был довольно прогрессивной религией. Даже тот же самый хиджаб можно трактовать как историю про равноправие. Про то, чтобы женщину не объективировали и не сексуализировали, чтобы она могла общаться с мужчинами на равных.

— Почему же тогда во многих исламских странах положение женщин настолько удручающее?

— Думаю, дело не в исламе, а в том, что было в этих обществах до него. В их изначальном патриархальном устройстве. Ислам, как и другие религии, открыт к разного рода трактовкам. Например, сура, где говорится, что у мужа есть право «побивать» свою жену, — это русский перевод с арабского. По мнению более прогрессивных толкователей, оригинал можно перевести иначе: например, «поучать» или «наставлять». Вопрос не в Коране, а в том, кто его интерпретирует, в толкованиях. И, к сожалению, изучением Корана в Чечне, как и в других мусульманских республиках или странах, занимаются в основном мужчины.

Поэтому я бы не связывала насилие над женщинами на Кавказе с исламом. Кроме того, неслучайно ислам везде разный. У меня есть подруга сирийка, с которой мы познакомились во время последней войны, когда она была беженкой. Судя по ее рассказам, положение женщин в Сирии до свержения Асада и в Чечне — совершенно разные. В Сирии, например, то, что женщина курит или ходит в брюках и хиджабе, — это нормально. В Чечне девушка не может выйти в брюках: это не принято. Или, например, в чеченском обществе недопустимо, чтобы мужчина дома готовил еду. Даже если он это делает (например, он любит готовить), об этом никто не должен знать. Потому что это неправильно. А в сирийском обществе наоборот: если мужчина готовит дома, то считается, что он хороший муж и отец.

Женщины тянут тележки на разрушенных улицах Грозного, 1995 год.

Photo by ALEXANDER NEMENOV / AFP

В Сирии женщину не выдают замуж, если у мужа нет своего жилья, если он не может обеспечить жену и будущих детей. А еще там действует правило: то, что мужчина зарабатывает, он зарабатывает на семью, а то, что женщина зарабатывает, она зарабатывает для себя. Это правило исламское. В чеченском обществе этого нет. Там все, что вы заработали, — совместно нажитое. Так что все очень зависит от контекста, от конкретной страны и общества, которые исповедуют ислам.

Вообще, в Чечне довольно молодой ислам, потому что в Советском Союзе влияние ислама на жизнь общества было не так уж велико. Практиковать ислам открыто было запрещено. На его месте были чеченские ценности — адаты, это наша традиция. И они оказывали и продолжают оказывать очень большое влияние на чеченское общество и положение в нем женщин.

— Всегда ли мусульманская семья — это давление на женщину и на выбор ее жизненного пути?

— Тут многое зависит от семьи. Чеченское общество со стороны видится как гомогенное и моноэтническое, но на самом деле в каждой семье свои ценности. В определенных чеченских семьях, например, сейчас очень ценится образование. В сознании чеченского общества, я бы сказала, случился такой сдвиг. До русско-чеченской войны женское образование считалось не столь важным. Но с войной произошла определенная смена ролей: женщинам приходилось работать, содержать семью, защищать своих мужчин, потому что мужчины часто становились мишенью для российских военных. Это привело к тому, что взгляды на женскую работу и женское образование обществом были пересмотрены. Сейчас во многих семьях считается важным, чтобы девушка получила образование и могла сама себя содержать.