«Я иду из Казани в Иерусалим» — этими словами начинал каждое видео своего блога Никита Кузнецов, 28-летний уроженец Татарстана, который за семь месяцев прошел пешком почти 5000 километров. Его путешествие — это движение и от людей, и к людям. Сам он признается, что в итоге понял что-то о смысле жизни. О том, куда он шел и куда пришел, Кузнецов рассказал в интервью Любови Гриншпун.

Тревел-блоги все еще в тренде, в том числе и среди русскоязычных блогеров, несмотря на изоляцию и все трудности со свободным передвижением по миру. Все еще актуальна шутка о том, что путешествующие зумеры оставят своим детям в наследство коллекцию магнитиков вместо недвижимости.

В 2025 году среди рилсов красивых и обеспеченных людей, которые могут позволить себе путешествовать по миру, мне начали попадаться видео путешественника Никиты Кузнецова. Они выделялись простотой и искренностью подачи. Никита рассказывал, сколько километров прошел за день, какая была погода, снимал обеды в придорожных кафе, заходил в храмы, монастыри и мечети. И, конечно, размышлял о смысле жизни. Его блог — это путевой дневник и проповедь одновременно.

Кузнецова разворачивали на границах, его настигали бури, у него рвалась обувь от долгой ходьбы — но он все преодолел. Дойдя до финальной точки — Иерусалима, — он не испытал катарсиса, а просто вернулся домой, в Казань. Став его подписчицей, я захотела поговорить с Никитой о том, зачем ему все это было нужно и к чему привело.

https://www.instagram.com/reel/DUF88mTjHvO/?igsh=ZnB4b3V3MDdvNmYx

— Как к тебе пришла идея этого путешествия?

— Все началось с размышлений о Боге. Вообще-то я человек не религиозный, хотя и вырос в христианской семье. Но со временем я все дальше отдалялся от религии как от культа — то есть от церквей, икон, крестиков, свеч и остальных ее атрибутов. А вот вера моя, наоборот, усиливалась. Я много думал, читал. Во всех религиях есть пророки — и они часто куда-то уходили, чтобы побыть наедине с собой и с Богом. Наверное, задним числом можно сказать, что это меня и сподвигло отправиться в путь.

При этом иностранных языков я не знаю, зрение — плохое, колени и спина — больные. Прогулки пешие я не особо люблю, спать в палатках для меня такое себе удовольствие. Куда мне идти было? Все говорило, что не стоит. Но желание было дикое. И еще так удачно совпало, что у меня были средства именно для этого. И не было дела или любви, которые могли бы меня удержать.

— Чем ты занимался до паломничества, из чего состояла твоя жизнь?

— Я работал в Комитете по транспорту в Казани. Занимался регулировкой дорожного движения — где-то добавить знаки, где-то развязки согласовать, новые здания утвердить. Но мне эта работа совсем не нравилась, я там год проработал и уволился. Год был без работы вообще, жил на накопления. Тогда и пришла идея пойти в Иерусалим, потратить деньги на что-то более стоящее.

— Во сколько обошлось это путешествие?

— Когда я отправился в путь, то решил, что не буду об этом никому говорить. Мне не нравится свой карман показывать. Скажу так: в принципе, каждый может себе это позволить, если захочет. Да, это не маленькие деньги, но и не какой-то космос.

Для меня каждая мысль — это молитва, а диалог с Богом у нас осуществляется через случайности — Бог через случайности, мы через мысли. И я верю, что в тот момент, когда я молился, он меня услышал.

https://www.instagram.com/reel/DOBjCTrjAWC/?igsh=N2hoZ3RpMHg2djNm

— Почему ты решил идти пешком?

— До этого я толком не путешествовал, даже на самолетах мало летал. Я задумался: как идти? Может, велосипед? Ну нет, не то. Вся подготовка к пути заняла 14 дней. Десять бессонных ночей в сомнениях и четыре дня на то, чтобы заказать вещи. Я взял самую дешевую экипировку: палатку, спальник, рюкзак. Оказалось, что даже слишком перестраховался, потому что нож и перцовый баллончик, которые я для самообороны брал, мне не пригодились. Набор вещей был минимальным, потому что я был уверен: немного пройду, меня отпустит — и я вернусь домой.

— Как близкие отнеслись к твоему решению?

— Я не со всеми делился этими планами: боялся, что будут отговаривать. Маме рассказал только за день до начала путешествия. С друзьями тоже — только когда обсуждали общие планы и я говорил, что не смогу поучаствовать, приходилось объяснять почему. Поначалу они были в шоке, а потом меня поддержали.