505 лет назад португалец Фернан Магеллан умер на открытых им Филиппинских островах, так и не закончив прославившее его первое кругосветное путешествие. Мир знает Магеллана как великого мореплавателя и открывателя пролива, разделяющего континентальную Южную Америку и архипелаг Огненная Земля, который назван его именем. Однако достоверность героического образа Магеллана, как и многих других деятелей его эпохи, сегодня ставится под сомнение. Кем был, чего хотел и как умер настоящий Магеллан — рассказывает Василий Легейдо.

Все, что о нем известно, — ложь

«Даже в соответствии с современным уровнем распространения заблуждений Магеллан — это особенно мифологизированная фигура», — утверждает британский историк Фелипе Фернандес-Арместо в книге «Проливы. За пределами мифа о Магеллане», вышедшей в 2022 году. «Почти все, что о нем знают люди, — это ложь. Он не пытался совершить кругосветное путешествие и уж тем более не достиг этого. Он задумал свое предприятие наперекор любым разумным доводам и отправился в путь, игнорируя накопленный к тому времени опыт. Его плавание никак не расширило господствующее в то время представление о размере и форме мира. Он провалился во всем, погибнув сам и не сумев уберечь почти никого из своих людей. Его реальные достижения в освоении мира, какими бы они ни были, забыли, подменив их ложью. И несмотря на все это, он сохраняет статус и известность, им восхищаются, его считают героем. Большинство путешественников не удостоились такой славы, даже если заслуживали ее больше, чем Магеллан».

Большая часть современных знаний о Магеллане дошла до нас от итальянца Антонио Пигафетты, который участвовал в кругосветном путешествии под руководством португальца и красочно описывал его подвиги. Однако Фернандес-Арместо называет его не более чем «пиар-агентом», готовым игнорировать любые неприглядные факты, лишь бы приобщиться к подвигам своего командира.

Сам Магеллан (в отличие, например, от Колумба и Америго Веспуччи) записей почти не оставил. Однако, помимо панегириков Пигафетты, остались архивные материалы, которые Фернандес-Арместо подробно изучил, прежде чем заключить, что Магеллан вовсе не был героем, каким его привыкли считать многие поколения школьников.

Будущий колонизатор Филиппин родился в семье португальских аристократов в 1480 году. Его родители умерли, когда он был еще ребенком. В 12 лет мальчик поступил на службу пажом королевы-консорт Португалии Леоноры Ависской, а в 25 записался в португальский колониальный флот в Индийском океане под командованием вице-короля Франсишку де Алмейды.

В море Магеллан провел семь лет. За это время он успел поучаствовать в боевых действиях на территории современных Кении, Танзании, Малайзии и Индии. Одержанные тогда победы заложили фундамент португальской колониальной империи. В 1512-м Магеллан вернулся в Лиссабон. Еще через год присоединился к экспедиционному флоту в составе 500 кораблей и 15 000 солдат, собранному королем Мануэлом I, чтобы наказать губернатора Марокко за нерасторопность при выплате дани. В одном из сражений будущий путешественник получил ранение, из-за которого остался хромым на всю жизнь. Тогда же его обвинили в тайной торговле с маврами — то есть, по сути, в сотрудничестве с врагом. Магеллан отверг обвинения, но его репутация сильно пострадала. Официально его не осудили, но он стал изгоем при королевском дворе и потерял расположение монарха, что, конечно, задевало его самолюбие.

Вероятно, это стало одной из причин, по которым Мануэл I отказал Магеллану, когда тот попросил разрешения организовать экспедицию до полулегендарных Молуккских островов, или Островов пряностей, — архипелага, изобилующего специями (в частности, мускатным орехом и гвоздикой) и расположенного, как мы теперь знаем, в Тихом океане.

Открытие морского пути до них мимо Южной Америки избавило бы португальцев от необходимости ходить более опасным маршрутом через мыс Доброй Надежды и гарантировало бы их империи преимущество в конкуренции на рынке специй в Европе. Однако вопрос о целесообразности такой экспедиции лежал не только в экономической, но и в политической плоскости: еще в 1494 году Испания и Португалия заключили Тордесильясский договор — соглашение о разделении сфер влияния, по которому все нехристианские территории к востоку от так называемого папского меридиана (49°32'56″) объявлялись владениями Португалии, а к западу — Испании. Демаркационная линия проходила в 370 лигах от островов Зеленого Мыса. Проблема заключалась в том, что ни португальцы, ни испанцы не знали точно, находятся ли Молуккские острова ближе к Южной Америке или к Индии. В первом случае права на них принадлежали Испании и попытка взять их под контроль через Магеллана сулила бы Португалии международный конфликт. С учетом этого Мануэл I едва ли санкционировал бы экспедицию, даже если бы Магеллан не находился в опале.

Разочарованный Магеллан предложил свои услуги испанцам, давно мечтавшим приобщиться к богатствам Индии и Дальнего Востока. В 1517-м португальский мореплаватель обосновался в Севилье. Там он женился на дочери другого соотечественника-экспата и завел двоих детей. А еще начал продвигать при испанском дворе идею экспедиции по поиску более выгодного маршрута к Островам пряностей. И король Карл I, которому тогда было всего 18 лет и который хотел показать себя смелым и твердым монархом, охотно согласился на авантюру, несмотря на тревогу советников, предвидевших недовольство португальцев.

О подлинной цели Магеллана ведутся дискуссии.

Хотел ли он показать Мануэлу I, чего тот лишился? Или, как считает Фернандес-Арместо, он уже тогда догадывался о существовании Филиппин и до него доходили слухи о месторождениях золота на полумифическом архипелаге? Как бы там ни было, 20 сентября 1519 года пять судов под командованием Магеллана вышли из порта Санлукар-де-Баррамеда, сейчас входящего в провинцию Кадис в составе автономного сообщества Андалусия. На борту флотилии находилось 270 моряков из разных стран. Три года спустя в тот же порт вернулся лишь один из кораблей, «Виктория». На его борту было всего 18 человек. Самого Магеллана среди них не оказалось: к тому моменту с его смерти прошло более года.