Кадр из фильма "Сказка о царе Салтане" (2026, реж. Сарик Андреасян)
Российский прокат теперь живет от одного фильма Сарика Андреасяна до другого. Не успело с экранов сойти «Простоквашино», как российские зрители побежали голосовать рублем за «Сказку о царе Салтане». Не удержалась и советник президента по культуре Елена Ямпольская, которая после похода в кинотеатр не просто разнесла фильм в пух и прах, но и высказала идею о том, что авторов будущих экранизаций русской классики надо просвещать на государственном уровне. Как именно — неизвестно, но догадаться, в общем, нетрудно. Екатерина Барабаш посмотрела фильм Андреасяна и решила вступиться за режиссера, а вместе с ним — и за весь российский кинематограф.
Жила-была сватья баба Бабариха, и было у нее три дочери: Маня, Дуня и Аннушка. Маня и Дуня были веселые болтушки, только злые, а Аннушка… Какой была Аннушка, мы так и не узнаем, потому что она была хоть и красивая, но, кажется, немножко немая и отчасти не в себе. Больше всего она была похожа на слегка ожившую жену Лота, которой из милости разрешили чуть подвигаться и произнести несколько слов, но предупредили, чтобы ни один мускул не дрогнул, а то выгонят. И актриса Лиза Моряк, по совместительству — жена режиссера, прилежно, как Штирлиц, держит лицо непроницаемым. Иногда только скажет что-то вроде «тут что-то непонятно» — и опять замолчит.
Кадр из фильма «Сказка о царе Салтане» (2026, реж. Сарик Андреасян)
Бабариха с дочерьми руководят постоялым двором, куда в один прекрасный день заезжает царь, весь в кудрявой бороде и суровый, как Саваоф. На ночь глядя он прячется за дверью и по-мальчишески подслушивает разговоры сестер, одна из которых мечтает выйти за царя и закатить пир, другая — наткать полотна, а третья — родить богатыря. Что дальше — мы хорошо помним еще со школы, потому что да, это «Сказка о царе Салтане», подвергшаяся экранизации со стороны Сарика Андреасяна.
Но бояться не надо — после его же «Евгения Онегина» у вас уже наверняка выработался иммунитет, а если еще нет — значит, надо тренироваться, потому что есть ощущение, что Андреасян не остановится и закатает Пушкина под экранизации по полной.
Андреасян любезно сохранил пушкинский сюжет. Вот только пушкинские рифмы уже не в первый раз ему отчаянно мешают, поэтому, как и в «Евгении Онегине», он оставляет стихи закадровому голосу, а герои говорят презренной прозой. Однако проза вместо пушкинских стихов — тут не самое страшное. В конце концов, мы видели немало экранизаций и театральных постановок, далеких от литературного первоисточника, и это смущало только самых консервативных зрителей, из условного пула «бабушки на лавочке у подъезда». Могу заверить: оставь Сарик пушкинские стихи, это ровным счетом ничего бы не поменяло. Так что бог с ними, с пушкинскими строфами.
Если попытаться определить андреасяновский стиль, то точней всего он передается словом «неуместно».
Здесь неуместно все, кроме единственного украшения фильма — Ольги Тумайкиной в роли Бабарихи. Живая, ироничная, только она и вносит в этот фильм хоть каплю чего-то натурального. Отчего, впрочем, бедная, тоже выглядит неуместно — торчит из фильма актерской глыбой. Про Лизу Моряк я уже сказала, но и остальные герои похожи на собственные посмертные маски, к ужасу зрителей временно ожившие и заговорившие. Крашеный блондин с темными корнями волос Гвидон (Алексей Онежен) бесконечно улыбается, как будто боится, что, если перестанет улыбаться, все забудут, какие у него ямочки на щеках. Павел Прилучный в образе Салтана-Саваофа словно несет в себе бремя вины предков до седьмого колена. Сказать, что его с трудом выглядывающие из-под кудрей глаза выражают тоску, было бы излишним комплиментом: на протяжении всего фильма они не выражают вообще ничего. Купцы и царевы присные сплошь рыжебородые и рыжеволосые, словно со съемочной площадки «Сказки…» они собираются переместиться в павильон, где экранизируют «Союз рыжих» Конан Дойля.
Кадр из фильма «Сказка о царе Салтане» (2026, реж. Сарик Андреасян)
Тем не менее «Сказка…» за первый уикенд собрала 600 млн руб., а за неделю с небольшим хвостиком — больше 800 млн руб. Это загадочное явление: каждый фильм Андреасяна неизменно собирает тучи отрицательных, а то и возмущенных отзывов, что кажется, будто на следующий его фильм никто и не пойдет. Но не просто идут, а идут массово, обеспечивая картинам небывалые кассовые сборы. Чтобы написать следующее: «Уж как меня выбесил "Евгений Онегин" Андреасяна, думал, что больше выбесить уже нельзя, но "Сказка о царе Салтане" выбесила еще больше». Кажется, что немалая часть зрителей ходит на его фильмы только для того, чтобы лишний раз убедиться в их кошмарном качестве.