Во все времена люди были не готовы мириться со смертью. Они мечтали победить ее с помощью религии, науки, утопий. Идею бессмертия продают как услугу, продвигают как философскую концепцию и используют как политический инструмент. Трансгуманисты обещают продлить жизнь, космисты — воскресить предков, а государство — превратить смерть в символ. Бессмертие перестает быть мечтой и становится механизмом управления временем. Но чьим временем и чьими жизнями он оплачивается? На эти вопросы по просьбе Republic-Weekly отвечает историк идей Марина Симакова.

Дело времени

На протяжении многих веков представления человека о бессмертии питали несколько источников. Во-первых, их кормила религиозная культура: языческая, христианская, буддийская, да и любая другая. Во-вторых, фольклорные предания, в которых возникали образы чудодейственных предметов вроде живой воды. В-третьих, различные практики организации быта и заботы о душе и теле — от приема пищи «по звездам» до умеренности во всем. В-четвертых, научные эксперименты или не очень научные поиски артефактов вроде эликсира бессмертия.

Бессмертие можно понимать по-разному: как продление жизни, как реанимацию усопшего, как переход в другое состояние. Но как бы и в какую эпоху оно ни понималось, в «теоретическом бессмертии» можно выделить несколько общих моментов. Во-первых, смириться со смертью как абсолютным финалом у человека не получается (в лучшем случае он может представить смерть как условие новой или иной жизни). Во-вторых, намерение отложить или отменить смерть всегда принимает форму определенных техник, а затем и технологий: религиозно-аскетических, фармакологических, механических и т. д. В-третьих, бессмертие — это всегда часть более фундаментального вопроса об отношениях человека и природы со временем.

Заводить разговор о бессмертии сегодня значит говорить не об экзистенциальных, а об общественно-политических проблемах.

В мире, где человеческой жизнью и здоровьем давно распоряжаются институты — больница, тюрьма, Минобороны, — смерть перестала быть сугубо личной заботой. Она стала делом общественным и государственным.

Что касается времени, то для нас оно все еще определяется историческими категориями. Иными словами, речь идет о прошлом и будущем — и о вечности как о квазирелигиозной фантазии о конце истории.

Именно эти явления образуют базовую смысловую структуру наших представлений о преодолении смерти.

Трансгуманизм: в будущее возьмут не всех

Один из современных способов представлять бессмертие можно условно назвать трансгуманизмом. Вообще-то трансгуманизм — это идейное течение, включающее в себя множество футурологических сценариев, инновационных траекторий и техноутопических замыслов. Однако идейными адептами трансгуманизма быть вовсе не обязательно: ассортимент массовых трансгуманистических технологий — от обогащенного витаминами питания до фиксирующих кости титановых пластин — все время расширяется, вовлекая все больше людей на планете через потребление товаров и услуг. Трансгуманисты сейчас не образуют отдельного движения, но энтузиасты встречаются: блогеры, футурологи, технопредприниматели. Для них преодоление смерти — основа самого видения будущего.

Фото: Pexels

Предвестником трансгуманизма стоит считать первые крионические общества, которые возникают в США уже в 1960-х. В 1967 году калифорнийские экспериментаторы впервые погрузили тело профессора психологии Джеймса Бедфорда в жидкий азот, чтобы когда-нибудь его оживить. В 2014 году в США было сохранено уже около 250 тел, а к 2017-му было заключено около 1500 контрактов на заморозку.